Писсарро

Начиная с 1870-х годов жизнь Писсарро проходила, в основном, в Понтуазе, где. он с семьей арендовал то один дом, то другой. Писсарро называли «вторым Милле», который, как и он, поселился в деревне, но Камиля задевало это сравнение — известна его реплика: «В меня кидаются Милле, но Милле библейский, а для еврея это, кажется, слишком». Тем не менее, когда после смерти Милле в 1875 году повысился спрос на сельские пейзажи, это сразу сказалось на финансовом положении Писсарро. Он без устали пишет пейзажи с видами Сены, деревьями в цвету или покрытыми инеем дорогами, полями; фигуры же оставались слабым местом в его технике. Параллельно он осваивает живопись гуашью, делает гравюры. Тесные связи он поддерживал с Арманом Гийоменом и Полем Сезанном, хотя творческие устремления последнего были далеки от реализма Писсарро. В 1883 году в галерее Дюран-Рюэля проходит его персональная выставка, а в 1885-м он увлекается теориями пуантилистов - с Синьяком и Сёра он познакомился через Гийомена. Именно он будет настаивать на том, чтобы их работы были приняты на восьмую выставку импрессионистов.

Камиль Писсарро.

Красные крыши. 1877.

Париж, Музей д’Орсе

Пейзажи Писсарро, объективного и основательного, просты по мотивы; многие он писал, не отходя далеко от дома. Вернувшись из Англии после войны, художник снова поселился с семьей в Понтуазе — деревне с видом на долину и реку Уазу В ясные дни оттуда можно было увидеть даже Париж.

Камиль Писсарро.

Фруктовый сад в Понтуазе. Весна. 1877.

Париж, Музей д’Орсе

Писсарро — несравненный мастер тональной живописи. Жемчужно-серая гамма его «пасмурных» картин насыщена бесконечным разнообразием цветов, наложенных дробными пятнами и мазками, идущими в разных направлениях.

<-- Натюрморт
Время перемен -->

Натюрморт

Натюрморт — «мертвая натура» — не относился к числу излюбленных жанров у импрессионистов, увлеченно работавших на пленэре. Но Мане писал их на протяжении всей жизни, с 1870-х годов — все активнее, как и Сезанн. Натюрморт оставляет художника — и его зрителя — как бы наедине с формой, ее структурой, световыми и цветовыми закономерностями. Непревзойденным мастером цветочного натюрморта — элегантного, эстетически выверенного — был Фантен-Латур, которого хорошо знали и Мане, и импрессионисты, хотя он и не входил непосредственно в их группу.

Поль Сезанн.

Десерт. 1877.

Филадельфия, Музей искусства

Поиск структурного начала определял все художественное мышление Сезанна. Самым обычным вещам — фруктам, сосудам, скатерти — он умел придавать монументальную значимость. Предметы становятся у него объектами, заряженными внутренней энергией, соотношения которой и создают героическое звучание образа. Коллекционеры, один раз купив его работу, уже не могли обойтись без его новых произведений. У Виктора Шоке к 1891 году было не менее 32 работ художника.

Клод Моне.

Подсолнухи. 1881.

Нью-Йорк, Метрополитен-музей

Этот натюрморт — один из лучших у Моне — произвел неизгладимое впечатление на Ван Гога: сам мотив стал важной составляющей его творчества. Моне беспрерывно работал на пленэре, и лишь когда этому мешали крайне неблагоприятная погода или болезнь, оставался дома. Однако не сидел без дела — писал цветочные натюрморты. Ритм золотистых лепестков определяет динамику живописного построения — цветы будто борются с тенью, поворачиваясь даже в комнате к солнцу.

<-- Поздний Мане
Писсарро -->

Поздний Мане

С 1880 года здоровье Эдуара Мане ухудшается. В следующем году. его награждают орденом Почетного легиона, о чем позаботился Антонен Пруст, ставший министром по делам изобразительных искусств. Государство прекращает контролировать Салон, учреждается «Общество французских художников». В том же году (это год шестой выставки импрессионистов) начинает писать свои статьи в защиту «современных художников» критик Феликс Фенеон. У импрессионистов появляется больше покровителей — маршанов и коллекционеров. В 1882 году торговец Жорж Пти организует Международную выставку художников, которая станет ежегодной и в которой будут принимать участие Моне, Ренуар и другие импрессионисты. Эдуар Мане умер 30 апреля 1883 года. В том же году Дюран-Рюэль открыл новую галерею, где провел ряд персональных выставок; он также показал работы импрессионистов в Берлине, Лондоне, Роттердаме, Бостоне и Нью-Йорке.

Эдуар Мане.

Бар в Фоли-Бержер. 1881.

Лондон, Галерея института Курто

Фоли-Бержер — известное увеселительное заведение в Париже. Сначала это был цирк, затем танцзал и кафе-концерт. Изображенная девушка действительно служила здесь официанткой: она согласилась прийти и позировать Мане в его мастерской. Показанная на Салоне 1882 года картина получила много благожелательных отзывов.

Эдуар Мане.

Подавальщица пива. 1878 — 1879.

Париж, Музей д’Орсе

Мане, как всегда, изображает обыденное, но выходит за его рамки. Это фрагмент, в который мы даже не можем толком всмотреться, настолько динамичен ритм, переключающий зрительское внимание. Это и создает ощущение суматохи, моментальной скоротечности ситуации, когда мы — словно на долю секунды - встречаемся взглядом со спешащей официанткой. В основе этой точно рассчитанной композиции лежит целая серия натурных зарисовок.

<-- Философ-отшельник Сезанн
Натюрморт -->

Философ-отшельник Сезанн

Поль Сезанн последовательно шел к собственной системе живописи, хотя цвето-фактурные принципы импрессионистического метода, открытые ему Писсарро, долго оставались для него непреложным законом. Конфликтность художественного сознания, ощущение сложности мира сочетались у него со страстностью натуры и титанической настойчивостью. Импрессионисты по-разному относились к Сезанну. Им восхищался Дега, а Мане был его прямым антиподом. В то же время Сезанн дружил с Эмилем Золя, близким приятелем Мане. Правда, в 1886 году он порвет отношения с писателем, когда все заговорили о том, что в своем романе «Творчество» тот прямо изобразил Сезанна. В том же году Поль женится наконец на Ортанс Фике, с которой живет с 1869 года. Все чаще его имя мелькает в изданиях символистов, а некоторые критики считают лидером импрессионистов именно его, а не Мане.

Поль Сезанн.

Автопортрет в колпаке. 1881.

Мюнхен, Новая пинакотека

Никто из импрессионистов не писал столько автопортретов, как Сезанн. Он изучал себя пристально, чего, наверное, не выдерживали его обычные модели. Здесь художнику сорок два года, и он уже сформулировал для себя свою цель в искусстве.

Поль Сезанн.

Вид на Эстак и Виль д’Иф. 1884.

Частное собрание

На рубеже 1870-х и 1880-х годов начинается так называемый конструктивный период в творчестве художника. От ощущения мимолетного состояния природы он переходит к поиску материальной, «конструктивной» основы мира, сохраняя при этом весь опыт в передаче световоздушной среды.

<-- Шестая и седьмая выставки. 1881, 1882
Поздний Мане -->

Шестая и седьмая выставки. 1881, 1882

Шестая выставка импрессионистов проходит со 2 апреля по 1 мая в помещении на бульваре Капуцинок. В ней принимают участие 13 художников. Не прислал работ Клод Моне, с этого года навсегда переставший посылать свои работы также на Салон. Снова не выставлялся и Ренуар, который в этом году совершил поездки в Алжир и Италию. Дега представил восковую фигурку балерины и несколько пастелей. Писарро, продолжавший работать в окрестностях Понтуаза (часто с Сезанном и Гогеном), привез 11 пейзажей.

Седьмая выставка «независимых художников» была организована стараниями Кайботта и Писсарро, которым помог финансами Дюран-Рюэль. Она состоялась весной 1882 года на улице Сент-Оноре, 251. В ней приняли участие только 8 художников, выставившие 203 работы. Выставка не принесла ожидаемого успеха, и тем не менее летом того же года Дюран-Рюэль организовал ее показ в Лондоне. Обе эти выставки важны, так как основные их участники достигли к тому времени полного расцвета своих сил, что особенно показательно в их зрелом, свободном отношении к цвету.

Клод Моне.

Церковь в Варанжевиле. Облачный день. 1882.

Луисвилль, Художественный музей

Не участвовавший в шестой выставке импрессионистов, на седьмую Моне представил 35 своих работ. Известны три его картины с церковью в Варанжевиле, две — с видом со стороны моря. Здесь пространственную остроту вносит мотив двух деревьев, противостоящих массиву церкви на заднем плане. Выразителен контраст сияюще-прозрачного неба (и почти такого же моря) с интенсивным по цвету участком берега.

Пьер Огюст Ренуар.

Девочка в шляпе. 1881.

Частное собрание

Художник не был участником шестой и седьмой выставок импрессионистов. Он путешествует, собирает впечатления и много пишет. Картина Девочка в шляпе была написана в Дьеппе, и изображена на ней Жанна, дочь актрисы Анриэт Анрио. Эмоциональность, которую излучает лицо девочки, позволяет угадать в ней недюжинный талант, расцвести которому не было суждено: спустя несколько лет она погибнет при пожаре в театре Комеди Франсез.

<-- К монументальности
Философ-отшельник Сезанн -->

К монументальности

В рецензии на пятую выставку импрессионистов Эмиль Золя, всегда их поддерживавший, на сей раз разразился критикой: «Ни один из них не сумел ясно и точно воспользоваться главным принципом, в созданных ими произведениях можно отыскать лишь его фрагменты... Вот почему борьба импрессионистов не достигла цели. Им не удалось стать на уровень своих обещаний; они заикаются, но говорить не умеют».

Видимо, желая дать отпор таким обвинениям, Ренуар пишет большую картину с многофигурной сценой, построенной с такой непосредственной естественностью, как если бы она действительно была списана прямо с натуры. 14 фигур знаменитого Завтрака гребцов, 14 портретов, — это одновременно и просто парижане, выехавшие на прогулку по Сене и остановившиеся позавтракать на террасе ресторана «Ла Фурнез».

Пьер Огюст Ренуар.

Завтрак гребцов. 1880.

Вашингтон, собрание Филипса

Последние десятилетия XIX века назвали «прекрасной эпохой» — 1а belle epoque. Франция вступила в полосу экономического подъема, что заметно сказалось на жизни среднего класса. Здесь представлены натурщица Ренуара и будущая его жена Алин Шариго (слева, играет с собачкой), Гюстав Кайботт (справа, в майке гребца, сидит верхом на стуле с сигаретой в руке), журналист Маджоло (стоит рядом с ним), актриса Жанна Самари (в глубине справа), рядом с нею — Лестринге и Лот, человек в цилиндре — Шарль Эфрусси. Слева у перил сын хозяина заведения Альфонс Фурнез, чуть дальше — его сестра Альфонсин, беседующая с бароном Барбье, приятелем Ренуара и Мопассана.

Пьер Огюст Ренуар.

Танец в деревне. 1883.

Париж, Музей д’Орсе

Первоначально для этой картины планировалось название Танец в Шату. Оно изменилось, когда Ренуар сделал парную картину — Танец в городе. В них все детали — от костюмов партнеров до растений фона — образуют продуманный, точно выверенный контраст. В Танце в Шату изображена жена художника — счастливая, пленительно улыбающаяся Алин Шариго. Ее цветастое платье выразительно выделяется на фоне черного костюма Поля Лота, и это словно изнутри насыщает все пространство картины энергией чувственной страсти.

<-- Танцовщицы
Шестая и седьмая выставки. 1881, 1882 -->

Танцовщицы

Во второй половине 1870-х и в 1880-е годы Дега «вел» параллельно несколько тем. Прачки, танцовщицы, женщины за туалетом, проститутки — профессиональные занятия и интимная сторона женского быта привлекали его неисчерпаемыми возможностями пластического разнообразия движений и цветовых находок. Он с удовольствием занимался фотографией. Вот как писал о творчестве Дега критик Феликс Фенеон: «Его искусство глубоко реалистично, оно не продукт простого наблюдения — как только человек чувствует, что за ним наблюдают, он перестает быть непосредственным. И потому Дега не пишет с натуры, он скапливает великое множество зарисовок одного и того же предмета...»

Эдгар Дега.

Репетиция балета на сцене. 1874.

Париж, Музей д’Орсе

Избранный художником ракурс труден для соблюдения пропорциональных соотношений фигур. Дега «выручают» здесь пышные пачки балерин. Картина кажется почти монохромной: она строится на контрасте темных кулис и освещенной сцены.

Эдгар Дега.

Голубые танцовщицы. Ок. 1890.

Париж, Музей д’Орсе

Пластическая завершенность этой, казалось бы, случайной сцены напоминает математическую формулу. Художник добивается исключительной красоты в соотношении цветов, камертоном в котором выступает сияющий, звучный синий цвет.

<-- Пятая выставка. 1880
К монументальности -->

Пятая выставка. 1880

Эта выставка проходила с 1 по 30 апреля на улице Пирамид, 10. В ней приняли участие 18 художников, назвавших себя в афише «независимыми». Дега, активно готовивший выставку, представил 8 работ, Писсарро — 11 картин и серию офортов, Моризо — 15 картин и ряд акварелей. Подобно Мане, отказались участвовать Ренуар (на Салон приняли 2 его картины) и Моне, который обвинил устроителей, что они «открыли двери малярам-самоучкам». Во время выставки умирает критик Луи Эдмон Дюранти, автор статьи «Новая живопись», в которой он выступал в защиту импрессионизма. Писатель Гюисманс публикует резкую статью, порицающую деятельность импрессионистов. Сезанн после долгого отсутствия приезжает из Экса, но остается непоколебим в своем отказе участвовать в выставке.

Альфред Сислей.

Сен-Мамме. Серенький день. Ок. 1880.

Бостон, Музей изобразительных искусств

Сислей часто работал в этом городке, стоящем на Сене. Он много экспериментирует с техникой. В его пейзажах значительное место обычно отводится изображению неба. Пейзажи лиричны и эмоциональны. В 1880-е годы Дюран-Рюэль, преодолевший к тому времени финансовый кризис, снова стал покупать работы импрессионистов, что для Сислея оказалось большой поддержкой.

Эдгар Дега.

Урок танца. Ок. 1879. Черный мел и пастель.

Нью-Йорк, Метрополитен-музей

Разрабатывая определенную тему, Дега как бы смотрел на свои мотивы с разных точек зрения, в том числе динамично поднимая или опуская эту точку по высоте. В «театральной» серии, занявшей у него более десяти лет, художник изображал музыкантов и танцовщиц и по отдельности, и вместе, меняя также и количество персонажей.

<-- Париж 70-х 
Танцовщицы -->

Париж 70-х

Снос целых кварталов в центральной части города позволил создать единую структуру, образованную тройным кольцом бульваров с широкими тротуарами, вдоль которых располагались кафе, рестораны, театры и модные магазины и где всегда было множество прохожих, парижан и приезжих. Тема динамичного городского пространства станет важной для Кайботта, кольцо бульваров — это живое организующее начало парижского городского пространства — на протяжении многих лет будут важным мотивом творчества у Писсарро. Город обзавелся железнодорожными вокзалами, и их напряженная, безостановочная жизнь чрезвычайно интриговала художников: им уделили внимание и Мане, и особенно много — Моне.

Клод Моне.

Вокзал Сен-Лaзaр. 1876 — 1877.

Чикаго, Художественный институт

Желание написать виды Парижа в туманную погоду пережило у Моне его увлечение другим «туманом» — атмосферными эффектами в соединении с парами от локомотива. Получив разрешение от начальника вокзала Сен-Лазар в хорошо знакомом ему квартале Батиньоль, художник написал целую серию картин.

Камиль Писсарро.

Итальянский бульвар. 1877.

Вашингтон, Национальная галерея искусства

Бульвары, с кафе и магазинами, заполненные толпами прохожих в любое время года, внесли невероятную динамику и пестроту в жизнь Парижа. Это самый впечатляющий результат реконструкции города, придавший новый масштаб и ритм этой европейской столице. У Писсарро — целый цикл картин с видами бульваров, в которых передана неповторимая атмосфера каждого времени года.

Гюстав Кайботт.

Снег на крышах. 1878.

Париж, Музей д’Орсе

Кайботт, живший в собственном доме в одном из фешенебельных кварталов французской столицы, не стремился изображать парадную сторону Парижа. Его современное, очень трезвое и в то же время невероятно поэтичное восприятие этого города созвучно образам, возникающим во многих стихах и шансонах.

<-- Женская твердость. Мэри Кэссет
Пятая выставка. 1880 -->

Женская твердость. Мэри Кэссет

Мэри Кэссет родилась в 1845 году в Питсбурге, штат Пенсильвания. Дочь банкира, она училась в Академии художеств в Филадельфии, а закончив ее в 1865 году, в следующем приехала в Париж. Она брала уроки у Шаплена, много путешествовала, изучая живопись в европейских музеях. Особый интерес Кэссет питала к творчеству Гольбейна Младшего и Энгра. В 1872 году она впервые выставляется на Салоне, там же спустя два года на ее работы обращает внимание Эдгар Дега. Они быстро подружились, и Мэри начинает брать у него уроки. Вскоре она знакомится и с остальными импрессионистами, и, начиная с 1877 года, участвует в их выставках, прекратив посылать свои картины на Салоны. Ее творчество и усилия, предпринятые по организации выставок импрессионистов в США, стали важным фактором в распространении этого течения за океаном.

Мэри Кэссет.

В Опере. 1880.

Бостон. Музей изобразительных искусств

Блестящее композиционное решение, при котором помимо выразительного силуэта учтено и распределение света, показывает прекрасное усвоение уроков Дега, который был кумиром художницы.

Мэри Кэссет.

За вязанием. Ок. 1880-1882.

Париж, Музей д’Орсе

Как и Берта Моризо, Кэссет охотно выбирает темы сугубо «женские», но не увлекаясь при этом психологизмом образов. Ее живописная трактовка отличается обобщенной манерой. Это относится и к приемам письма, и к естественной пластике движений.

<-- Четвертая выставка. Переломный 1879-й
Париж 70-х -->

Четвертая выставка. Переломный 1879-й

В 1878 году главным событием парижской жизни была Всемирная выставка. Организаторы художественного отдела, чтобы не вступать в соперничество с Салоном, решили не выставлять работ здравствующих художников. Кайботт приложил все усилия, чтобы параллельно, в июне, провести четвертую выставку импрессионистов, но у тех еще не прошло разочарование в предыдущей, третьей выставке, не принесшей им ожидаемой удачи в финансовом плане (хотя они и нашли там ряд новых меценатов-коллекционеров). Сезанн уединился в Эстаке, Мане, пребывавший в депрессии, решил отказаться даже от представления своих картин жюри Салона, чтобы не получить еще один унизительный отказ. У Моне родился второй сын, Мишель, картины его не покупались, поддерживавший его меценат Гошеде разорился. Четвертая выставка, основной движущей силой в подготовке которой были Дега и Кайботт, состоялась весной 1879 года (10 апреля — 10 мая) на авеню Л'Опера, 28. 16 художников выставивили на ней 260 произведений. Семеро участвовали впервые, среди них - Мэри Бракмон, Мэри Кэссет, Жан Луи Форен, Федерико Зандоменеги и Поль Гоген. Не было Сезанна, Гийомена, Сислея, Ренуара, у которого приняли работы на Салон, и Берты Моризо, только что родившей дочь Жюли. Выставка оказалась успешной, впервые ее участникам выплатили гонорар, составлявший 439 франков. И хотя общий тон критических обзоров оставался саркастическим, постепенно пробивались голоса трезвой оценки и признания.

Пьер Огюст Ренуар.

Мадам Шарпантье с детьми. 1878.

Нью-Йорк, Метрополитен-музей

Эта картина, представленная на Салоне 1879 года, а не на выставке импрессионистов, сыграла важную роль в жизни художника. Она получила самые благоприятные отзывы в прессе, и, по сути, с нее началась для Ренуара эра финансовой стабильности. Мадам Шарпантье была образованной женщиной. В ее Салоне собирались литераторы, художники, политики, и она много сделала для пропаганды искусства импрессионистов. Ренуар запечатлел ее с детьми: старшая, Жоржетт, сидит на собаке, рядом на софе — ее братишка Поль, родившийся в 1875 году (его крестным отцом был Эмиль Золя). Он похож на сестру и прической, и платьем — в те времена всех малышей до пяти лет одевали как девочек.

Клод Моне.

Улица Монторгей в Париже в праздник 30 июня 1878 года. 1878.

Париж, Музей д’Oрce

Моне отобразил, судя по дате, торжества, связанные с проведением в Париже Всемирной выставки, но, возможно, запечатлен и день взятия Бастилии, национальный праздник 14 июля, поскольку название картины появилось позднее. Уже в 1920 году художник вспоминал: «Я всегда любил флаги. Я шел по улице Монторгей, где развевались флаги и были толпы людей с мольбертом и красками. Выбрал балкон, вскарабкался по лестнице, попросил разрешения поработать; и они не возражали». В этом динамичном ритме мазков открытых, ярких цветов уже чувствуется предвосхищение безудержно-свободной живописи фовистов.

<-- Темы и образы. Парижские кафе
Женская твердость. Мэри Кэссет -->

Темы и образы. Парижские кафе

Париж по праву считался городом, созданным для наслаждения чувств и глаз. И все места, которые могли доставить такие наслаждения, оказались в поле зрения импрессионистов: сцена, коридоры и зрительный зал Гран Опера, цирк Фернандо, бар «Фоли-Бержер», танцевальные залы на Монмартре, бордели у Порт Сен-Дени и, разумеется, Парижские бульвары с их многочисленными кафе. В конце XIX века на территории французской столицы было более 24 тысяч кафе. Многие кафе объединяли людей по интересам: для импрессионистов таким местом общения стало кафе Гербуа, а с 1875 года - кафе «Новые Афины» на площади Пигаль. Завсегдатаями там были Мане, Дега, Дебутен, Зандоменеги, Кайботт, часто заходили также Сезанн, Моне, Писсарро и Ренуар, а спустя пару лет к ним присоединится и Гоген.

Эдуар Мане.

Слива. 1878.

Вашингтон, Национальная галерея искусства

Мане всегда оставался верен себе в своем интересе к передаче внутреннего состояния человека — пусть самого обычного, ничем не примечательного. Девушка пришла на свидание, и, по всей видимости, ее ожидание напрасно — во взгляде застыло разочарование, к сливе, лежащей в вазочке, она так и не притронулась, сигарета в руке погасла. Смутный рисунок решетки за ее шляпкой словно вторит неясному потоку ее переживаний.

Эдгар Дега.

Абсент. 1876.

Париж, Музей д’Oрce

Сам художник назвал картину В кафе. Запечатлена типичная сценка в парижском кафе — в данном случае это «Новые Афины» на Монмартре. На переднем плане видна чернильница с пером и газета. Мужчина с трубкой — художник и гравер Марселин Дебутен, перед ним стоит бокал с популярным тогда аперитивом «Мазагран». Женщина рядом с ним — актриса Эллен Андре, перед нею стоит рюмка с абсентом, любимым «зельем» среднего класса. Подсчитано, что до 1874 года французы выпивали два миллиона галлонов абсента в год. Абсент — это смесь аниса и мяты с добавкой экстракта растения, дающего небольшой, но как впоследствии выяснилось, небезопасный наркотический эффект: его жертвами стали Ван Гог и Тулуз-Лотрек.

Эдгар Дега.

Женщины на террасе кафе вечером. 1877.

Париж, Музей д’Орсе

Безостановочный ритм сразу втягивает зрителя в пространство картины. Ощущается оживление, наполняющее вечернюю улицу с ее мерцающим светом фонарей и неясными тенями. Группу фигур на переднем плане - с двумя встречными траекториями движения — с логической точностью удерживают в композиционном равновесии стойки кафе. Картина привлекала всеобщее внимание на третьей выставке импрессионистов — и виртуозной простотой компоновки, и откровенностью содержания. Нетрудно догадаться, что эти женщины расположились здесь в ожидании очередных клиентов — та, что постукивает большим пальцем о зуб, похоже, озабочена тем, что предыдущий заплатил ей недостаточно. Художник и сам признавало, что его картина «излишне цинична и жестока».

<-- Третья выставка: сохранить единство
Четвертая выставка. Переломный 1879-й -->

Третья выставка: сохранить единство

При общей тематике (среди этих тем — Париж и провинция, интимный, камерный портрет и лирически решенные бытовые сцены) импрессионисты сильно отличались друг от друга манерой письма. Отсутствие стандартов делало их группу все более заметной в насыщенной панораме европейской художественной жизни. Этому — даже при отрицательном резонансе в прессе — способствовали также проведенные ими семь совместных выставок. Главную роль в подготовке третьей выставки, состоявшейся 6 — 28 апреля 1877 года, — роль и финансовую, и организационную — взял на себя Гюстав Кайботт. Он снял помещение на улице Пелетье, вместе с Ренуаром занимался развеской. Часть картин происходила из собственной коллекции Кайботта: еще в 1875 году на неудачном аукционе в отеле Дрюо он купил картину Моне Завтрак 1866 года. По сути, он продолжил дело Базиля — и в поддержании коллективного духа в группе, и в конкретной финансовой помощи ее членам: так, он снял для Моне комнату, у окна которой тот писал свои виды вокзала Сен-Лазар. На третьей выставке Кайботт купил большое полотно Ренуара Бал в Мулен де ла Галетт. Всего в ней участвовали 18 художников, выставившие 240 работ, в том числе акварели, рисунки и офорты.

Эдгар Дега.

Песнь собаки. Ок. 1876.

Частное собрание

Живописное очарование этой ночной сцены завораживает. Название относится к популярной в кабаре и кафе-шантанах того времени песенке «от лица» собаки. Ей и подражает певица своим жестом и мимикой. Место действия — кафе «Амбассадор» на Елисейских полях. Огни китайских фонарей отбрасывают резкие тени на фигуру певицы, превращая ее лицо с яркой косметикой в гротескную маску.

Пьер Огюст Ренуар.

Портрет Жанны Самари. 1877.

Москва, Государственный музей изобразительных искусств им. А. С Пушкина

В середине 1870-х годов немаловажное значение для Ренуара приобретает поддержка со стороны его мецената, крупного издателя Жоржа Шарпантье. В его доме он и познакомился с актрисой Жанной Самари. Спустя несколько лет портрет купил муж актрисы Поль Лагард. В 1903 году тот уступил полотно Дюран-Рюэлю, который продал ее через год русскому коллекционеру Морозову.

<-- В продолжение темы: реализм жив
Темы и образы. Парижские кафе -->

В продолжение темы: реализм жив

Критик Монжуайе писал о Кайботте в 1879 году: «Импрессионисты приветствовали его как долгожданного новобранца... У него была та особая, необычная смелость, присущая лишь тем, кто собственным трудом заработал свое богатство. Я знаю очень немного людей, кто, подобно ему, забыл о том, что и он вышел из этой среды, и полагал, что ему уготовано проложить собственный путь в этом мире». Дарование Гюстава Кайботта ярче всего раскрылось в изображении Парижа, этой крупнейшей европейской столицы, быстро менявшей с середины XIX века свой прежний облик. Он не боится обращаться к мотивам, уже освоенным другими художниками, — например, изображая Европейский мост с его металлическими конструкциями (сооружен в 1865 — 1868), который уже писали Мане, Моне, Беро и де Ниттис. На месте Кайботт обычно делал много подготовительных рисунков, а окончательную композицию находил в своей мастерской - собственном роскошном доме на углу улиц Миромениль и Лиссабонской. Под влиянием Клода Моне Кайботт писал и пейзажи с видами Сены в Аржантейе. Гюстав Кайботт умер довольно рано, в сорок четыре года. Он всегда помогал друзьям, покупая их картины, а свою коллекцию произведений импрессионистов завещал Люксембургскому музею. Ныне она входит в собрание живописи музея д’Орсе.

Гюстав Кайботт.

Парижская улица в дождь. 1877.

Чикаго, Художественный институт

Предельно точное изображение городской жизни в ее повседневном ритме было важной целью импрессионистов. Они стремились передать воздействие большого города на эмоциональную жизнь и сам строй личности современного человека. Кайботт избирает типичный уголок нового Парижа. Его изображение предельно реалистично.

Гюстав Кайботт.

Апельсиновые деревья. 1878.

Собрание Джонса Века (в экспозиции музея Хьюстона, США)

На картине изображена терраса в имении Кайботтов в Йере. Гюстав запечатлел своего брата Марселя и молоденькую кузину Зою. Эта картина Кайботта свидетельствует, сколь неоднозначным было движение импрессионистов: их младший собрат всегда стремился к отточенной завершенности форм.

<-- Новые имена: Кайботт
Третья выставка: сохранить единство -->

Новые имена: Кайботт

Через Эдгара Дега Гюстав Кайботт познакомился с остальными импрессионистами. Он принял участие в их второй выставке и сразу стал своим в группе, хотя был моложе своих новых друзей. Кайботт родился в 1848 году в Париже. Его отец, преуспевающий владелец текстильных фабрик в Нормандии. Гюстав по настоянию родителей получил профессию юриста, но в двадцать пять лет, в 1873 году, оставил ее и поступил в Школу изящных искусств, в мастерскую Леона Бонна. Он чрезвычайно быстро совершенствовался в своем техническом мастерстве. По своему художническому складу Кайботт более всего был близок к установкам Дега, который в живописи никогда не отказывался от крепкой формы, энергично «осваивающей» пространство. Он также любил смелые, сложные ракурсы, динамичное и острое построение пространства, словно предвосхищая будущие устремления искусства ХХ столетия. Неожиданным, казалось бы, для сына фабриканта, стало обращение Кайботта к рабочей тематике, к сценам из жизни трудового парижского люда. Но в своей трактовке этих сцен он не стремится ни к социальному звучанию, ни к ироничному перефразирования мотивов классической живописи, что встречается у Дега.

Гюстав Кайботт.

Автопортрет. 1892.

Париж, Музей д’Oрce

В работе решительно заявляет о себе чисто ренессансное чувство личности, сознающей свое место в этом мире. Пластическая лепка форм основана у импрессионистов не на контрастах светотени, а на выверенном соотношении цветов, и даже тени имеют свой собственный цвет.

<-- Вторая выставка. Апрель, 1876
В продолжение темы: реализм жив -->

Вторая выставка. Апрель, 1876

Инициатором второй выставки импрессионистов был Дюран-Рюэль, предоставивший три зала своей галереи на улице Ле Пелетье, 11. И снова ее участники затруднились найти название для своего объединения, так что объявление «Выставка группы художников» никому ничего не говорило. Выставка была открыта с 30 марта по 30 апреля с 10 до 6 часов вечера. Из 30 участников первой выставки в ателье Надара осталось 12, всего же их было 19; каждый платил по 120 франков на расходы по организации экспозиции. Снова пригласили Мане, но он отказался, хотя только что жюри Салона отклонило две его картины. Критик Луи Эдмон Дюранти, знавший художников по кафе Гербуа, опубликовал эссе «Новая живопись: о группе художников, выставившихся в галерее Дюран-Рюэля». Он, кстати, ни разу не употребил термин «импрессионизм» в своем разборе стилистических новаций, причем анализировал живопись каждого участника отдельно, применительно к использованию ими рисунка, света и цвета. Газеты, особенно реакционные, ополчились против импрессионистов. «Фигаро»: «Пять или шесть лунатиков, среди которых есть и женщина, убогие создания, одержимые манией гениальности, соединились там, чтобы показать свои произведения». Только в сентябре в лондонском журнале «Ежемесячное обозрение искусства» появилась серьезная статья Стефана Малларме «Импрессионисты и Эдуар Мане».

Эдуар Мане.

Портрет Стефана Малларме. 1876.

Париж, Музей д’Орсе

Долгая дружба Мане с Малларме началась в 1873 году. Через год художник сделал пять офортов для иллюстраций сделанного поэтом перевода стихотворения Эдгара Аллана По «Ворон». Квартира Малларме в квартале Батиньоль была поистине одним из культурных центров Парижа, где собирались писатели, музыканты и художники, где обсуждались творческие планы и зарождались новые веяния в искусстве.

Эдгар Дега.

Танцовщица у фотографа. 1875.

Москва, Государственный музей изобразительных искусств им. А.С. Пушкина

В серии картин с балеринами Дега решает задачу претворения динамики в статику. Здесь балерина, став в заранее найденную позу, даже задерживает дыхание, чтобы оставаться предельно неподвижной перед фотокамерой. В пределах суженной цветовой гаммы Дега просто виртуозен: светлые контуры балетной пачки и штор на окнах создают эффект легкой прозрачности ткани.

<-- Художественный рынок
Новые имена: Кайботт -->

Художественный рынок

Должного финансового эффекта, на который рассчитывали участники выставки на бульваре Капуцинок, их мероприятие не имело. Возможно, кроме непонимания со стороны прессы, свою отрицательную роль сыграл здесь и кризис, сменивший полосу экономического подъема после Коммуны и временно сказавшийся на делах галеристов и маршанов. В 1875 году Ренуар убедил Моне, Моризо и Сислея попробовать продать картины на аукционе в отеле Дрюо, что за год до того с успехом осуществил Добиньи. Аукцион сложился для его участников неудачно. За 21 картину Сислея было выручено всего лишь две с половиной тысячи франков. Работы Моне — всего их было 20 — уходили, в среднем, по 230 франков за картину, у Ренуара - и того меньше: за многие давали чуть больше 100 франков. Лишь картина Новый мост была продана за 300 франков. Ее владельцы сделали хорошее вложение — в 1919 году это произведение ушло с аукциона за сто тысяч франков. Берта Моризо выставила на аукцион 12 работ, и лишь одна из ее картин получила максимальную цену в 480 франков. Публика вообще устроила скандал, сопровождая показ смехом и оскорбительными шутками, так что пришлось даже вызывать полицию. Однако именно после этого аукциона укрепилась связь импрессионистов с Полем Дюран-Рюэлем — галеристом и дилером, на долгие годы ставшим их покровителем, защитником и пропагандистом новой живописи.

Пьер Огюст Ренуар.

Новый мост. 1872.

Вашингтон, Национальная галерея искусства

Ренуара, как и Мане, всегда больше интересовали люди, чем пейзаж. Даже когда ему хотелось передать свое внутреннее состояние через образ внешнего мира и он выбирал для этого широкое, залитое массой света пространство, будь то парижские или загородные виды, он искал в них людей. Пожелав изобразить Новый мост, Ренуар снял номер в стоящей напротив гостинице, а его брат Эдмон специально ходил по мосту, под каким-то предлогом заговаривая с прохожими, чтобы те ненадолго остановились и за эту минуту Ренуар мог набросать их силуэты.

Берта Моризо.

Игра в прятки. 1873.

Частное собрание

Первым владельцем этой картины был Эдуар Мане, который на время дал ее Берте для показа на первой выставке импрессионистов. Как и для картины Колыбель, моделями ей здесь служат сестра Эдма и маленькая племянница Бланш. Картина написана маслом, но нежная деликатность письма и полупрозрачность красочных слоев роднят ее с акварелью. В 1999 году на аукционе Сотбис в Нью-Йорке эта картина была продана за три миллиона восемьсот тысяч долларов.

<-- Просторы полей
Вторая выставка. Апрель, 1876 -->

Просторы полей

Работа на пленэре — краеугольный камень импрессионистического метода. Прямой и непосредственный контакт с природой, вне каких-либо религиозных или исторических ассоциаций, без намеков на мир классической античности или библейские эпизоды. Для импрессионистов важны не детали, а целое. Многие места в окрестностях Парижа, особенно по берегам Сены, стали известны всему миру благодаря тому, что там работали импрессионисты, — это Аржантей, Лувесьен, Сен-Мамме, Буживаль и другие.

Впрочем, ближе или дальше от столицы располагалось полюбившееся им место — развитая сеть железных дорог позволяла быстро выбираться на природу, даже если надо было попасть в Нормандию или на самый юг страны, на Лазурный берег (к 1870 году железнодорожная сеть Франции составила 18 тысяч км). Как ни парадоксально, промышленная революция определила многие особенности импрессионизма. Ввод в Париже (впервые в Европе) газового, а вскоре и электрического освещения привнес новые цветовые эффекты в работы тех, кто работал на открытом воздухе.

Изменилась и красочная гамма парижской толпы — выпуск товаров массового производства из нарядных и, что важно, дешевых тканей сделал улицы, бульвары, кафе многоцветными и яркими. Жизнь резко ускорила свой темп.

Попадая из объятий цивилизации на природу, горожане обостренно чувствовали ширь полей, глубину пространства, прикасаясь к ритмам иного рода — ходу облаков, трепетному движению теней и веток деревьев, связывающих зоны земли и неба.

Альфред Сислей.

Пшеничные поля в Аржантейе. 1873.

Гамбург, Художественная галерея

Картина была показана на первой выставке импрессионистов и куплена Дюран-Рюэлем. Так же как Ренуар и Моне, Писсарро и Моризо, Сислей стремился устранить все надуманное, привходящее, что стояло между сетчаткой глаза и объектом изображения. Он воссоздает видимое с помощью света и цветных теней, которые наполняют картинное пространство подвижной, целостной и радостной атмосферой.

Камиль Писсарро.

Иней. 1873.

Париж, Музей д’Орсе

Писсарро в отображении мотивов природы любил использовать фигурки людей, занятых своим повседневным трудом, — как то: пастухов, крестьян. Но он далек от всякой идеализации или игры в фольклорную экзотику. Главное, чему он уделяет внимание, — это каждый раз новый эксперимент с цветом. В картине Иней пространство холста почти физически продолжено в сторону зрителя — об этом говорят тени, падающие на заиндевевшие борозды вспаханного поля от невидимых деревьев, которые находились позади работавшего за мольбертом художника.

<-- Темы и образы: природа и люди
Художественный рынок -->

Темы и образы: природа и люди

Работа не просто на пленэре, а вдали от городской суеты, настраивала пейзажистов барбизонской школы на эпический лад. Импрессионисты - Моне или его друзья, которые нередко работали бок о бок с ним, — каждый раз стремятся, прежде всего, к передаче свежего, неповторимо-нового эмоционального состояния. Оно рождалось из реальных впечатлений или «проецировалось» на них. Когда «опорные», неизменяемые части пейзажа — холмы, деревья, постройки — в характере своих силуэтов совпадают с ритмом облаков в небе и характером растительного покрова, меняющегося от сезона к сезону, тогда нужный мотив найден, и с этого мгновения все зависит от органичности воплощения целого. Естественность и простота исполнения у импрессионистов — явление кажущееся, абсолютно иллюзорное: все строится на математически точном расчете.

Не зря многие импрессионисты так интересовались фотографией (у Моне было несколько фотоаппаратов) — она дисциплинировала глаз, учила искать закономерное в случайном, уходя от стандартных решений и привычки идеализировать увиденное.

Пьер Огюст Ренуар.

Тропинка в высокой траве. 1874.

Париж, Музей д’Oрce

Ренуар часто работал вместе с Моне в окрестностях Аржантейя, куда приезжал из Парижа летом довольно часто. Техника пленэрной живописи, доведенная ими до совершенства, стала инструментом нового, подчеркнуто лирического языка пейзажного изображения. В этом новом реализме фигуры и природное окружение образуют неразрывное целое. Небольшие по масштабу, фигурки людей тем не менее не просто стаффаж, оживляющий пейзажное пространство, это структурная ось и эмоциональная доминанта. Деликатные, смешанные тона привносят ощущение покоя, чувство особой, доверительной интимности.

Клод Моне.

Дикие маки. 1873.

Париж, Музей д’Opce

Мотив цветущих диких маков всегда привлекал Моне сложностью живописной задачи — необходимостью гармонично согласовать контрастные цветовые тона. Он пишет маки в 1870-е годы, когда живет в Аржантейе, и в 1890-е в Живерни, где будет его дом, а недалеко от него — поле с маками. Купы темных деревьев на границе земли и неба в противостоянии с пылающими пятнами маков вносят в это полотно элемент скрытого драматизма.

<-- Мане и Моне
Просторы полей -->

Мане и Моне

Несмотря на то, что Мане категорически отказался принять участие в выставке на бульваре Капуцинок, а Моне, напротив, сделал все, чтобы осуществить завет покойного Базиля о совместном выступлении тех, кто видел в Мане учителя и «мэтра», отношения в группе нисколько не изменились.

Мане участвовал во всех дебатах тех, кого вскоре будут звать импрессионистами, но убеждал, что перестать стучаться в двери Салона — это будет капитуляция и трусость. Дега же считал, что в Мане говорит честолюбие, а не разум, и главное — что реалистическое движение «есть, оно существует, оно должно заявить о себе, у нас должен быть салон реалистов». В том же году Дюран-Рюэль устраивает показ картин импрессионистов в Лондоне, где уже знали работы Моне и Писсарро, не говоря об Уистлере.

Летом Мане работает вместе с Моне в Аржантейе, а в следующем году его картина с видом Сены Аржантей встретит на Салоне резкую критику. И все же его финансовое положение лучше, чем у Моне, которому отныне он будет часто помогать. Тому отказывает в кредите даже продавец красок, а тем временем Камилла, жена Клода, заболевает (она умрет в сентябре 1879 года).

Клод Моне.

Индюки. Замок Роттембур в Монжероне. 1877.

Париж, Музей д’Opce

У Моне не было раз и навсегда отработанных приемов композиции — выстраиваемое им пространство всякий раз неповторимо-особенное. Ракурс, точка обзора, степень глубины и охвата пространства не мешают распределяться краскам так, словно их пронизывает единый пульс, подобный току крови. Утонченность техники, которой владел Моне, проявляется в разнообразии мазков и обилии хроматических нюансов при тональном единстве целого.

Эдуар Мане.

Молодая девушка в саду (Уголок сада в Бельвю). 1880.

Цюрих, Фонд Бюрде

Эволюция живописного почерка Мане при сравнении его ранних и поздних работ весьма ощутима — не зря он на протяжении двух десятков лет так много общался с кружком импрессионистов. Многие из его последних картин написаны в легкой, внешне непринужденной манере, близкой живописи Клода Моне или Берты Моризо. Для него на первый план все больше выходит не элегантность формы, а та энергия и свежесть, которыми заряжена здесь масса зелени, наполняющей сад.

<-- Место и время
Темы и образы: природа и люди -->